Дети, пережившие ад
1 июня – Международный день защиты детей. Он был учреждён в Париже в 1949 году (а отмечался впервые в 1950-ом). И, пожалуй, не случайно это произошло вскоре после завершения Второй мировой войны. Известно, что через фашистские концлагеря прошли 18 миллионов человек, были среди них и дети – ни в чем не повинные, беззащитные, лишённые материнской и отцовской защиты, помощи, тепла...
Сейчас в Пермском крае проживает немногим более 400 наших земляков, переживших в детстве ад фашистской неволи. О трагических судьбах некоторых из них наш рассказ.
Мой номер – 043885
Когда началась война, Лиде Симаковой было шесть лет. Семья жила в военном гарнизоне крепости Бреста, потому что папа был красным офицером, чем Лида очень гордилась.
В июне 1941 года папа уехал в летние лагеря на учения. Ночью 22 июня маму с Лидой разбудил страшный грохот. Сначала они подумали, что началась гроза или учения. Но буквально через мгновение мама всё поняла, схватила дочь и кинулась в бомбоубежище.
«Казалось, мы там пробыли вечность, – вспоминает Лидия Алексеевна (по мужу она Уткина). – Когда вышли, увидели одни горящие развалины, трупы коней и людей, от нашего дома вообще не осталось и головёшки. Поехали на лошадях на железнодорожную станцию, а там уже немцы».
Маму с Лидой вместе с другими людьми погнали в сторону Минска. Потом привезли в Польшу. В Кракове взрослых и детей разделили.
«Ма-а-ама, мамочка», – кричала я, цепляясь я за подол мамы, – продолжает рассказ Лидия Алексеевна. – Но меня и других детей отняли. Маму, как я потом узнала, погнали в Германию, а нас – в Аушвиц, в Освенцим».
Перед размещением в бараки детей побрили наголо, раздели, всю одежду сожгли и повели мыться. Лидия Алексеевна вспоминает крутящийся пол в какой-то комнате:
«Мы стояли на этом полу голенькие, а два немца в противогазах поливали из шланга нас какой-то едкой жидкостью. Она лезла в уши, нос, глаза, разъедала расчёсанное тело. Нас было пятеро или шестеро на этом крутящемся полу, а выбрались из комнаты трое. Струя была сильная, слабенькие и измождённые упали и скатились куда-то в яму, когда пол слегка наклонился. А я крепенькая была, я удержалась…»
На телах оставшихся в живых после помывки детей фашисты выжгли номера. Номер Лидии – 043885. Их, малолеток, использовали как доноров крови для фашистских раненых солдат. Тех, у кого была первая группа крови, подходящая большинству людей, быстро выкачивали всё, и измождённых отправляли в газовую камеру. Лиде повезло, у неё оказалась редкая, четвертая, группа – такая кровь была не очень востребована.
Лида пробыла в этом аду целых три года, до освобождения лагеря советскими войсками. Почти сразу же после войны папа разыскал её в детдоме под Москвой. Его перевели на службу в Пермский край, в Чёрмоз. Здесь Лиде сделали пластическую операцию – убрали выжженный в Освенциме номер 043885.
…А следы мамы потерялись. Оказывается, после войны она уехала из Германии в Бельгию. Лида смогла встретиться с ней снова только через пятьдесят лет…
«Вспоминать об этом страшно…»
22 июня 1988 года был создан Союз бывших малолетних узников фашистских концлагерей. Пермское краевое отделение этой общественной организации возглавляет Людмила Щеребенёва. Первостепенной задачей организации было вывести бывших узников из состояния замалчивания, которое их окружало многие десятилетия.
Людмила Ивановна рассказала о своей судьбе. До войны она с родителями жила в Белоруссии на границе с Польшей. В 1941 году вместе с десятками тысяч других пленных оказалась в Полесской области (сейчас часть Гомельской области), в концлагере «Озаричи». Это огромная заболоченная территория без единой постройки для заключённых. Только забор, колючая проволока и вышки часовых. Голод был страшный. Кормили раз в сутки ботвой брюквы. Воду пленным приходилось пить из проталин. Многие болели тифом. Повсюду лежали разлагающиеся тела умерших детей...
Из воспоминаний Людмилы Ивановны:
«Утром встанешь – слева труп, справа труп, сзади и спереди тоже. А ты ещё живой. А весной и осенью там что творилось! Был такой запах! Потому что никто ничего не убирал! Был смрад. Подходы к лагерю были заминированы».
За малейшую провинность наказывали. О жестокости, с какой относились фашисты к малолетним узникам, говорит хотя бы такой пример: надзиратели выжгли звезду на груди одиннадцатилетней Лиды за то, что она пела другим детям советские песни. Но девочки продолжала тайком петь, подбадривая этим детей. Её любимая песня, которую она помнила с «Артека» – «Далеко-далеко за морем». Песней она напоминала всем о Родине. И однажды снова поплатилась за это: фашист натравил на неё овчарку. До сих пор на теле видны грубые шрамы от собачьих укусов.
…Когда в марте 1944-го нацисты отступали под натиском Красной Армии, узники лагеря, увидев, что охраны больше нет, бросились бежать. Многие, в том числе и Людмила Щербенёва, подорвались на минах. Её ранило и контузило. Девочку случайно обнаружили среди трупов, когда стали подчищать от них территорию. Она, видимо, подала признаки жизни…
Две недели Людмила находилась в лазарете партизанского отряда легендарного разведчика Николая Кузнецова. Потом вызвали самолёт и отправили девочку на «большую землю», в Молотов (так тогда называлась Пермь). Восемь месяцев её лечили в госпитале, расположенном на улице Советская, 70. Она перенесла восемнадцать операций.
После госпиталя Людмилу поместили в Соликамский детский дом. Там она окончила семь классов. Потом поступила в медицинский техникум. Став фельдшером, работала в сельской местности.
Шрамы от укусов лагерных овчарок и осколков мины болят и сейчас, напоминая бывшей малолетней узнице об убитом фашистами детстве.
Хотя вспоминать о пережитом страшно, но надо, уверены бывшие узники фашистских концлагерей. Ведь задача их организации – сделать всё для того, чтобы зверства нацизма не были забыты.
Автор: Ирина Кизилова
На фото: вверху – советский ребёнок рядом с убитой матерью, концлагерь для гражданского населения «Озаричи» (Белоруссия, местечко Озаричи Домановичского района Полесской области, март 1944 года); внизу – Людмила Щербенёва, председатель Пермского краевого отделения Союз бывших малолетних узников фашистских концлагерей.
Полную версию публикации читайте в майском номере журнала «Мы – земляки».