Печать

Ночь накануне Ивана Купалы

Автор: Administrator.

купалы, ивана, накануне, ночь

В народе июль называют «макушкой лета». Меткое определение актуально и для горожан, которые буквально любой ценой стараются на этот месяц покинуть «каменные джунгли», и для сельчан. У последних на июль приходится самая страда: обязательная поливка и прополка огорода, выпас скота, сбор первых грибов и ягод. А ещё в условиях уральского климата на это время выпадает сенокос. Рачительные хозяева, до сих пор соблюдающие дедовские каноны, утверждают: и сено, и лекарственные травы нужно успеть заготовить в промежуток от Ивана Купалы до Ильина дня.

Зачем нужен цветок папоротника


Те читатели нашего журнала, кому захотелось подробнее узнать о старинных календарных представлениях и обрядах Пермского края, найдут много интересных и достоверных сведений в книге пермского этнографа Александра Васильевича Черных «Русский народный календарь в Прикамье» (часть 1 вышла в 2006 г., часть 2 – в 2008 г.). А эта статья посвящена только одному июльскому празднику: дню рождения Иоанна Крестителя, известному в народе как Иван Купала. Полистав свой «дневник фольклориста», я извлекла оттуда самые типичные и интересные представления, связанные с этим днём в Северном Прикамье.


Жительница Косинского района рассказывает: «Иванов день – у нас рано утром по росе босиком ходят. А можно вовсе кататься по траве, кто болеет. Ещё хорошо в этот день в баню идти. Из бани выйдут, задом встанут и веник на крышу бросают – гадают, что будет: умрёшь в этом году или дальше жить будешь». Народная целительница Мария Ивановна Баталова из Юсьвинского района добавляет: «Да, есть такой день – Иван Купальник. Это надо сходить ночью одному в лес. Желательно перед этим загодя купить навигатор в интернет магазине, чтобы не потеряться. И если ты счастливый, тебе цветок попадёт, папоротник называется. Только не надо говорить никому ничего, когда в лес одна идёшь. Ой, я бы ни за что не пошла!.. Хотя цветок этот, конечно, полезный, им даже людей лечить можно». О том, чем именно полезен небывалый (и, конечно, несуществующий) цветок и почему так страшно за ним идти, нам рассказала когда-то пожилая жительница Кочёвского района; глаза её при этом хитро улыбались – то ли шутила, то ли правду говорила бабушка:


– На Ивана Купалу папоротник цветёт, этот цвет у лешего надо красть. И тогда станешь с этим цветком невидимка. В магазин, к примеру, зайдёшь, заберешь себе, что надо. Бывали, видимо, случаи: зайдёт с цветком и забирает себе, что хочет, а его не видят. Хватятся только потом: где товар? Кто унёс? А цветок-то просто так не найти! Я вон хотела в этот раз идти со своей подружкой, да она заболела что-то, и я не пошла. Надо ведь молитвы знать, надо лешему молиться, Вечер Вечеровичу. А больше, девки, ничего про это не скажу!..


Но едва ли не главная причина, по которой в старину так старались завладеть цветком папоротника, заключается в том, что он, по поверьям, помогает отыскать и заполучить клад. Тем же, кто рискнул отправиться за чужими сокровищами с пустыми руками, обычно приходится платить высокую цену (совсем как в повести Николая Гоголя!): «Найдёт кто-то клад. Но если хочешь его взять, надо брать на чью-то голову, то есть назвать кого-то из своей родни. И этот человек потом умрёт. А не скажешь – не возьмёшь».


Ни слова про любовь


По народным представлениям, клады бывают разные. Самые «безобидные» – это те, которые были спрятаны прямо в доме или где-то поблизости и найдены родственниками хозяина. Как свидетельствует семейная история, записанная в Чердынском районе, многие из таких кладов были положены после революции или во время коллективизации:


– На нашем доме было написано: «1902 год», – это когда его построили. Ставил его мой дед Василий. Мама рассказывала, что когда его строили, то клали под каждый угол по монетке. И не только, видимо, под угол… Дом у нас был старинный, на две половины: в одной русская печь, а другая – холодная. И вот мама решила построить там камин. Для этого нужен был песок, а стояла зима, и она решила достать его из голбца. Достали, насыпали, а потом брат мой в этом песочке копался и нашёл золотую монетку. И бабушка потом нашла ещё несколько монет. И чтоб не случилось ничего, она монеты эти сдала государству, как было положено. Может, когда колхозы начались, их дедушка сам спрятал.


Если была вероятность, что клад достанется чужим, хозяин мог положить на него «завет», причём не обязательно кровожадный. По рассказам жителя деревни Малая Коча Егора Васильевича Рискова, 1928 года рождения, один местный священник (с юмором, наверное, был человек!) «завещал» клад тому, кто… споёт 70 частушек!


– Здесь у нас церковь была, в Большой Коче, знаете? И поп жил, Кондратий звали. Как стали церковь нарушать, он все деньги собрал, все вещи золотые, серебряные, да и зарыл. Вот теперь надо 70 частушек спеть, горшок и выйдет. Поп это сам рассказал, но не всем, конечно, а родственникам. Мол, 70 песен кто споёт, тот всё возьмёт. А петь ночью надо, в 12 часов, и никто чтоб не видел. А ошибёшься хоть на одно слово – всё, горшок не выйдет!


От Егора Васильевича была записана история и про другой клад – спрятанный когда-то разбойниками:


– Разбойники здесь жили. Вот река Онолва, там болото есть большое. И там место – Семиизбушная грива называется, бугорок такой. Там разбойники когда-то и жили, семь избушек у них стояли. А потом они ушли и где-то лодку с золотом затопили. И сказали: мол, надо сто песен спеть – и лодка выйдет, сама из болота поднимется. Но только такие надо песни, чтоб ни слова про любовь не было, про любовь нельзя.


«Жили двенадцать разбойников…»


В Северном Прикамье, как и в других местах, появление кладов нередко связывается с разбойниками. В 1997 году в Карагайском районе была записана история об атамане Еране, примечательная неожиданным сходством с известным сказом об атамане Кудеяре из поэмы Николая Некрасова. Этой любопытной историей мне и хочется закончить подборку фольклорных рассказов о цветке папоротника, кладах, разбойниках и нечистой силе: «Мне знакомый рассказывал. Был, говорит, в соседней деревне мужик, Анохой звали. У них был Ераня-колдун, а у ево разбойники, 12 человек. Они когда-то по домам ходили воровали, на дороге грабили и эти деньги – золото, серебро, медь – клали в клады и в землю закапывали ящиками. Вот Аноха в Нердву пошёл: «Зайду, – говорит, – попроведаю Ераню, старый он стал». А Ераня на печке лежит, вовсе нагой, без рубахи, без портков. Лежит и говорит: «Грешон, грешон! Знался с лесным, знался! Мы были у ево 12 человек. И вот он нам что прикажет, то мы и делали. Скажет нам прийти в кабак. Мы соберёмся все. Он налетит, ведро вина купит и сразу выпьет, лесной-то. И никто ево не видит, а мы видим. А потом второё купит, нам оставит, а сам уже убиратся оттуда. Мы ведро-то вселюдно не можем выпить, а он за один дух…» Потом Ераня уже жил на посёлке, Еранинская там была избушка. И тут они все разбойники ходили, воровали у богатых-то, а он у их был управляющим. И вот они всё носили и в клады-те раскладывали на завет. Народ уж не рад стал, решилися его поймать. К избушке пришли: «Давай выходи!» – говорят Еране. А он закрылся один: «Обождите, я ещё сплю!» Ждут-ждут, опять: «Давай выходи!» «Умываюся уж!». Опять ждут, ждут, ждут. Потом кричат ему. «Да вот уж встал! – он двери-то распахнул. – Ну, берите, имайте!» Хватились – а его нет! Он уж за логом. И никто не успел поймать, не увидели даже, как он мимо них пробежал и за лог перешёл. А это он невидимым стал, лесной ему помог. После уж, как всё распалося, что при царе было, он ушёл. Где-то есть Белая гора, раньше туда ходили пешком Богу молиться. Так он впоследствии, уже при колхозах, написал своим родственникам, что, мол, не беспокойтесь, Ераня вот где: на Белой горе Богу молится!»

 

Вам так же могут понравиться статьи:


Свежие статьи